Главная
Биография
политическая позиция
работа в Госдуме
текущая информация
Карта сайта

 


Беседовала Светлана Додонова,
журналист "Парламентской газеты"

Валентина Пивненко: немного о личном

Северные люди всегда считались кастой особой. Сильные духом, закаленные ветрами и морозами, они источают энергию. О Председателе Комитета по проблемам Севера и Дальнего Востока Валентине Пивненко можно сказать то же самое и плюс к этому железный характер.

Валентина Николаевна, у вас есть какие-то слабости?

- Да что такое слабости?

Ну, женские или хоть какие-нибудь…

- Да я не знаю. Слабости?… Прогульщиком с детства никогда не была…

Даже ни разочку на работу не опоздали?

- Почему, на работу опаздывала. Но для этого всегда были причины: дома труба прорвет или еще что… Очень спать люблю. Для меня счастье - в выходной выспаться.

Да-а, этого вам, наверное, всегда недоставало: общественная работа, семья, дети…

- По прошествии многих лет могу сказать: да, боже мой, как они терпели такую мать - муж и двое моих детей, сын и дочь. Когда дочери исполнилось 14 лет, только тогда я узнала, что, оказывается, у нее есть проблемы. Она не была особенно со мной откровенна, а своими секретами делилась… с моими подругами. Просила их: "Только маме не говорите". Но у нас всегда были очень хорошие, теплые отношения. Да и никогда никаких проблем с детьми у меня не было: учились они хорошо в двух школах - обычной и музыкальной. Всегда были заняты. А тут я как-то вернулась от подруги, у которой наблюдала сцену: ее дочь плакала от того, что мама уезжала на курсы повышения квалификации учителей на несколько месяцев. Пришла домой, рассказываю своей Кате о пронявшей до слез сцене, а она мне в ответ: "Сколько я проплакала, мама, когда тебя дома не было. И когда ты была мне так нужна". Тогда я только поняла, как ей без меня все эти годы приходилось…
Я очень люблю своих детей, мужа, Карелию. В огороде работать люблю. В прошлом году сама вырастила рассаду. Еще люблю смотреть, как растут гладиолусы, как молодой клубень изнутри пробивает "сабля" - такой сильный стебель. И на нем появляется многообразие цветов - белых, перламутровых.

Как же при такой лирической душе вас, Валентина Николаевна, угораздило выбрать мужскую профессию? Ведь свою трудовую деятельность вы начали техником Петрозаводского леспромхоза в 19 лет.

- Профессия оказалась у меня действительно более чем мужская. Я должна была обеспечивать технологию переработки пневого осмола. Корни выкорчевывались взрывным способом - а этим занимались только мужчины, - потом на лесохимических установках в лесу это сырье перерабатывалось. Из обычного соснового пня получали смолу, скипидар и древесный уголь, которые шли в основном только на экспорт. Я руководила организацией этих работ. В лесохимический техникум же я поступала на спор.

?

- В 15 лет мы с парнями из нашего двора заспорили, кто куда будет поступать. "Ну уж ты наверняка, - сказали мне, - пойдешь в "пед" или в "мед"". Меня это возмутило: почему не в ЛТТ (так сокращенно назывался лесотехнический техникум)?

Это было первое учебное заведение, которое тогда пришло вам на ум?

- Во времена моего детства здесь, в Карелии, любая профессия, связанная с деревом, его выращиванием, переработкой считалась престижной. Правда, предназначалась она скорее для парней, а не для девчонок.

Ну а замуж вышли тоже на спор?

- Нет, тут уж подруги постарались: 34 года тому назад познакомили меня с Рудольфом.

Имя у избранника экстравагантное!

- Оно поначалу тоже очень меня смущало, как и фамилия Пивненко. Я русский человек, в девичестве была Васильева, а фамилия мужа - украинская. Долго раздумывала: брать или не брать такую фамилию. Но решила, чтобы не было недоразумений в семье, брать от жизни все, что не смущает. И фамилию тоже.

Супруг ни разу не устраивал сцен: все-таки бурная общественная жизнь, постоянные командировки?

- Сцены? Наша свадьба откладывалась трижды. Как только нужно было идти в ЗАГС, у меня обязательно неотложная командировка. Да и когда Рудольф женился, был готов к тому, что я дома сидеть не буду. Он старше меня на семь лет и мудрее. У него-то как раз чувство ответственности и терпимости больше, чем у меня. И по характеру муж - человек более спокойный, семейный. Он и сейчас дома - в Петрозаводске. А я вот депутатствую. Каждую неделю из Москвы на выходные езжу домой. Поэтому семья особых перемен в графике моей работы не ощутила. Да и дети уже взрослые. Долгие годы я профессионально занималась вопросами экономики труда, работая в леспромхозе и профсоюзах. Была избрана председателем Карельского республиканского совета профсоюзов. Кандидатами на этот пост были 7 мужчин и восьмая - я.

Опять мужчины. Вы их еще не возненавидели?

- Что вы! С ними работать легко. Но чем меньше в политике женщин, тем хуже, считаю, для России. Женщина чувствует и воспринимает иначе. Правда, на выборах женская часть населения голосует, как правило, за мужчин. Но для меня было большой неожиданностью, когда ко мне пришла делегация от Прионежского района, где 20 с лишним лет назад я начинала свою работу, просить меня баллотироваться в депутаты Законодательного Собрания. Я была избрана депутатом на непостоянной основе, а когда решались организационные вопросы, уже сами депутаты избрали меня председателем палаты Законодательного Собрания. Таким образом, я сдала профсоюзные полномочия и с 1994 года стала заниматься профессиональной парламентской работой. За годы своего депутатства я поняла, что основа всей парламентской деятельности - сделать все возможное, чтобы был принят такой бюджет, который устраивал бы твоих избирателей.

А что, кроме бюджета, может сейчас волновать избирателей Карелии? То, что нас ожидает безлесье?

- Несмотря на то, что действительно вырублено много леса и он вывозится за рубеж, у нас в Карелии сегодня происходят хорошие перемены. В республике делается все, чтобы ввести контроль за рубкой леса, упорядочить поставку древесины, возобновить лесопосадки. Теперь я вношу поправки в уголовный кодекс РФ: об ужесточении меры ответственности за бесконтрольную вырубку леса как для юридических, так и для физических лиц. Перед лесом, как и перед законом, должны быть все равны. Наконец-то у нас заработали крупнейшие целлюлозно-бумажные комбинаты. Был период, когда крупнейший в Европе градообразующий Сегежский ЦБК простаивал: наши европейские соседи сделали все, чтобы устранить на бумажном рынке такого мощного конкурента. Но сегодня там молодые менеджеры - порядок наводится.

Оптимистичный вы человек, Валентина Николаевна. Можно сказать, благополучная женщина.

- В чем мое благополучие? Что работаю по 18-20 часов в сутки?

Так по-другому вы уже и не сможете.

- Наверное… А хотелось бы.